Руссиано-маринара ностальгический

Добрый премьер Медведев, гениальный штамповщик мемов, изобрел кофе руссиано.  И над этой инновацией второй день потешается рунет.

Подружка моя запостила в Фейсбуке вот эту картинку, и на меня нахлынули воспоминания из той самой моей «прошлой моряцкой жизни».

По четвергам на дневной чай на пароходе обязательно подавалась селедка и картофель отваренный в мундирах. Вот такой суровый файф-о-клок.А по средам и воскресеньям к завтраку обязательно заваривался кофе.  Во все остальные дни — чай. Но два дня в неделю вынь да положь.

Что вы представляете, когда слышите слова «заварить кофе»? Кофемашину зерновую? Капсулы неспрессо? На крайний случай растворимый?

Рассказываю.

С вечера на плиту ставилась кастрюля 50-ти литровая с водой. И важно было дружить с вахтенным матросом, чтобы он в шесть утра на камбуз спустился и включил плиту.Вот ради одного этого, приходилось идти на подкуп и взятки: кого-то пирогами задабривать, а кому-то котлетку припрятывать дополнительную.Потому что этот небрежный матросский «щёлк» давал вам лишний час спокойного сна. Именно столько времени закипала на старой электрической плите пятиведёрная кастрюля.Потому что вставать раным-рано и сидеть потом как зомби в ожидании, когда же оно закипит – ну жуть же.

Ну вот, встаешь в семь утра, упаковываешься в робу и ползешь трудиться.Кофе молотый (при удачном раскладе) или кофейный напиток, который, как говорили из желудей мололся, в таких квадратных бумажных пачках был. Его из пачек в миску высыпали, чтобы потом одним движением «бултых».Во вторую миску отмерялось сухое молоко. Желтое, пахучее, из бумажных 25-килограммовых мешков.Сахар тоже уже отвешенный в чеплашке. Чеплашка — это такой специальный поварской термин и может означать что угодно, и кастрюльку с отломанными ручками и пластиковый тазик.Так вот сначала в кастрюлю высыпался сахар. Затем из той же кастрюли зачерпывалось некоторое количество кипятка – три-четыре половника поллитровых.И нужно было стремительно, вот таким венчиком (других тогда в природе не существовало в наших широтах) размешать сухое молоко.

А размешивалось он хреново, со скрипом, натурально со скрипом. Просто так его в напиток не высыпать – комки не растворялись. Итак, одной рукой ты размешиваешь молочные комки, второй пристраиваешь над кастрюлей металлическое сито. Сито, как правило, было очень пожилое, потасканное и в 90% ручка вменяемая на нем отсутствовала.

И вот так, с риском для жизни, начинаешь процеживать эти молочные комки в кастрюлю со сладким кипятком. Комки просто так растворятся не хотели, приходилось не раз зачерпывать кипяток из кастрюли и промывать  сквозь сито. Опускать дно сита в кастрюлю и снова игрушечной этой спиралькой-венчиком шебуршить.  К слову, в те времена, мне ни разу не встречалось сухое молоко, которое бы растворялось без остатка. Все равно часть комков приходилось потом из сита в мусорку вытряхивать.Ну вот, после того как молоко частично побеждалось, и все содержимое кастрюли повторно закипало, туда высыпался кофе и сразу же надо был стянуть эту кастрюлищу на соседнюю негорячую конфорку. Аккуратно, чтобы в тебя кипятком не плюхнуло. Чтобы кофе не закипел, и не переварился в помои безвкусные.Размешать его обязательно (не венчиком эти идиотским, нормальной такой поварешкой с длинной ручкой). И накрыть крышкой.

Размешивать надо было обязательно, иначе был, во-первых шанс, что оно (в данном случае именно оно) комком посреди кастрюли встанет, а во-вторых, нужно было, чтобы заваренный кофе успел осесть на дно. Потому что за осадок в чайнике тебе прилетит и от тех, кто эту кашу по ошибке себе в чашку нальет, и от буфетчиц, которым потом чайники мыть.И вот так постоит этот руссиано под кривой алюминиевой крышкой, заварится. Потом ты очень аккуратно, чтобы со дна не зачерпнуть ненароком, его половником по чайникам разливаешь.На всё это действо у тебя ровно 25 минут. За пять минут до завтрака у тебя уже чайники из рук выхватывают и «Доброе утро, судовое время семь часов тридцать минут, экипаж приглашается на завтрак».